Чёрные археологи Анчурии. Записки путешественника

Латинская Америка. Государство Анчурия. Старенький «Defender» урчит по узким мощенным улицам. Педаль тормоза западает, резко останавливаю его у здания в колониальном стиле с большими белыми колоннами и мраморными лестницами. Олег, мой друг, известный  археолог, поднимается по солнечным ступеням и исчезает в холодном проеме дверей.  У него встреча в министерстве культуры, а я от нечего делать подпираю собой «кенгурятник» прокатного пенсионера.

Припекает. Плюю на приличия, обхожу вокруг здания в поисках спасительной тени. Океанский бриз продувает город насквозь, но не может прочистить его от запаха давно немытого тела. Позади министерства огромная отвесная скала возвышается над замирающим в ритме фиесты городом. Скала манит меня. Ее подножье подпирают  строительные леса укрытые маскировочной сеткой. Что там? Склад оружия? Секретная военная часть? Нарколаборатория? Приподнимаю сетку. Вход в пещеру. Внутри слышны голоса, горит свет, стучат молотки, звучит смех. Проверим, берет ли наглость города. Позволил себе войти. Принял вид важный, полностью соответствующий  «бремени белого человека». Не хватало только пробковой колониальной шляпы. Как не хватает? Вот она, услужливо сидит на немытой голове. Видимо я ее все таки прихватил утром выходя из номера. Рабочие смотрят на меня уважительно. А я всем своим видом демонстрирую некую важную инспекцию данного объекта. Заглядываю под парусину и брезент. Все больше склоняюсь к мысли, что вижу реставрационные работы усугубленные археологическими изысканиями. И ничего криминального. Но интересно.

Полез на стропила. Работник в спецовке меня окликнул:

—  Señor, cuidadosamente!

Вот черт, а я думал, что он мексиканец. Я махнул рукой:

— Все Ok!

В это время прозвучал сигнал «обед» , все рабочие побросали инструмент и направились к выходу. Мой знакомец несколько секунд смотрел мне в спину, затем развернулся и отправился вслед за остальными. Путь мне преградил полиэтиленовый занавес. Пока никто не видит, я нырнул за него.

Вам случалось в детстве быть запертым в кондитерской лавке? Нет? Мне тоже. Но ощущение было подобным. Я оказался в святилище древних Инков. В тусклом свете слабосильной лампочки я рассматривал на стенах фрески, с изображениями богов и ритуалов. Удивительно, спустя столько веков краски не потускнели, видимо сказался микроклимат пещеры. У дальней стены сидело два каменных хищных изваяния. Они буравили меня своими бесцветными глазами. Под свирепым натиском каменных зверей я оступился. Нога провалилась. Оказывается, под утоптанным глиняным полом пещеры были гнилые доски. Великий и могучий слог застрял в горле. Я вытащил ногу, глубокие царапины понемногу кровоточили. Я откинул торчащую гнилушку и замер. Клад?! Очень похоже. Под полом стояли в два ряда запечатанные зооморфные глиняные сосуды. Лежали длинные, похожие на сталактиты стеклянные бутылки с этикетками и завернутые в плетеные из пальмового листа циновки растения. Растения напоминали общеизвестный лук-порей, только гигантского размера. Я откупорил одну из бутылок. Пахнуло. Черт бы побрал этих инков, да это же самогон из сахарного тростника. Попробовать я не решился. Мало ли что они могли туда подмешать. Всезнайка Олег точно это должен увидеть. Я схватил два сосуда, один в форме кондора, другой леопарда, и вытащил их на поверхность. С бутылками возиться было лень, я только соскреб этикетку и засунул ее в карман брюк. Наспех прикрыл тайник доской и присыпал глиной. Надо валить, пока меня никто не заметил. На манер пулеметных лент, крест-накрест через плечо,  я повесил сосуды. Какими  были умными людьми эти Инки и снабдили горшки удобными кожаными ремнями.

Я спустился по стропилам вниз. Обед как раз заканчивался и рабочие возвращались на свои места. Я пулей вылетел и побежал в сторону машины.

— Что за черт! — я точно оставил ее здесь. Прямо у этих треклятых каменных ступеней. Знаков запрета парковки я тоже не увидел. Но кто поймет этих анчурийцев. Взяли и эвакуировали. Надо будет звякнуть в прокатную компанию. Пусть сами ищут. Я двинул к отелю….

…..

Кондиционер не работал, я прикрыл ставни, чтобы солнце не приставало ко мне со своим теплом. Олег еще не приехал. Зная его любовь зацепиться языком за любую проблему, раньше вечера его можно не ждать. Я приступил к изучению своих трофеев. Достал из кармана бело-желто-зеленую бутылочную этикетку. На ней были непонятные мне символы. В целом рисунки напоминали карту. Правда, на ней не было никаких ориентиров. Я полез в русско-инкский словарь. Нарисованных символов там не нашел. Что же это такое. Один из символов мне показался смутно знаком.  Он напоминал мне растение алоэ, что росло в доме каждой русской бабушки.

Тут заявился Олег:

— Там такой шухер.

— Что случилось?

— Да кто их знает. Всполошились чего-то, —  он пожал  плечами. За приоткрытыми деревянными ставнями промчалась колонна военных грузовиков. — Может революция, или учения.

— Я тебя раньше вечера и не ждал.

— А о чем с ними разговаривать, я же бельмеса в португальском.

— Ладно, ерунда все это. Смотри что я откопал, — ему показал свою добычу. У Олега заблестели глаза.

— Где ты это нашел?

— Здесь неподалеку. Прямо за министерством культуры в пещере. Там этого добра полно.

— Пойдем, покажешь.

На улице было не протолкнуться. Казалось весь город высыпал на проезжую часть. Мы обогнули министерство. За ним стояли военные грузовики, выбегали солдаты и занимали позиции. Полицейские в синей форме с аксельбантами старались раствориться среди толпы.

— Все ясно, — сказал Олег. — Засада! Валим отсюда по-тихому.

— Вопрос номер раз! Как будем валить из страны, — в полумраке заштатного  бара мы обсуждали наши дальнейшие планы.

— Самолетом, — предложил я.

— Я их не брошу, — Олег похлопал по пухлому портфелю. Нам стоило больших трудов впихнуть туда эти реликты.

— Сделаем под дурака. Сейчас пойдем в сувенирную лавку. Купим  какую нибудь хрень с кондором и ягуаром и попросим чек. И все. Предъявим на таможне документы и будем улыбаться.

— Такой шум, надо сильно красиво улыбаться.

— Хорошо, будем улыбаться и шелестеть в карманах анчурийскими реалами. Сколько у тебя их осталось?

— Да кто их разберет, эти фантики, — он вывалил на стол кучу мятых бумажек. Среди них я запоздало заметил этикетку старинной бутылки. Оказывается бармен тоже был не промах. Заметив этикетку он быстро исчез, словно приведение.

— Блин, валить надо, — сухо сказал я.

…..

Длинный хвост очереди на досмотр тянулся через весь аэропорт. Пот застилал глаза и казалось, со спины натекло не меньше море. Рубашка неприятно липла, одно неловкое движение и она порвется по швам. По дороге мы успели заскочить в лавку и купили точные копии наших сосудов. Переклеили ценники на оригиналы и с улыбкой ждали досмотр. Вещей с нами было немного. Портфель Олега с сосудами, да две дорожных сумки со сменой белья. Но белье таможенников интересовало меньше всего. Они открывали все чемоданы и вываливали содержимое прямо на пыльный пол.

— onde voa? — спросил меня усатый таможенник.

Я молча указал ему на обшарпанное табло за его спиной:

— Москоу!

— А-а, — расплылся в улыбке он,- Moscou, vodka, frio.

Поставил отметку в паспорте и протянул мне. Олег за моей спиной весь извелся.

….

И тут я проснулся.

Бывают просто сны.

Рубрика размещения материала: Истории

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *